Главная - Другое - Оговорка о запрете конфиденциальности в договоре

Оговорка о запрете конфиденциальности в договоре

Все дела: гражданские и уголовные. Юридический форум


Утечка секретов производства.

Что делать компании, если обращение в суд неэффективно Соглашения о конфиденциальности или неразглашении информации за последние годы стали частью российской правовой действительности. Крупные компании ежедневно заключают десятки таких соглашений, подчиненных российскому праву. При этом вопрос о возможности привлечения к ответственности за разглашение конфиденциальных сведений остается открытым.

В отечественных судах такие споры практически не встречаются. В тех единичных случаях, которые доходят до разбирательства в системе арбитражных судов, в иске отказывают, так как истец не может доказать факт нарушения его прав и законных интересов (определение ВАС РФ от 13.03.2013 по делу № А56-54588/2011, постановление ФАС Московского округа от 03.07.2013 по делу № А40-38116/12-14-355).

Однако у правообладателя помимо обращения в суд есть более действенный способ защитить свои права — он может обратиться в Федеральную антимонопольную службу. Режим коммерческой тайны почти всегда означает статус секрета производства К результатам интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствам индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана, относится секрет производства (ноу-хау) (ст. 1225 ГК РФ). В России к ноу-хау может быть принят достаточно широкий спектр сведений.

Это могут быть сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие), в том числе о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере. Также закон относит к ноу-хау сведения о способах осуществления профессиональной деятельности, которые имеют действительную или потенциальную коммерческую ценность в силу неизвестности их третьим лицам, к которым у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и в отношении которых обладателем таких сведений введен режим коммерческой тайны (ст.

1465 ГК РФ). Правообладатель может распорядиться принадлежащим ему исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации любым не противоречащим закону и существу такого исключительного права способом, в том числе передать лицензию на использование такого объекта третьим лицам (ст. 1233 ГК РФ). Таким образом, правообладатель может передать лицензию на использование ноу-хау третьим лицам посредствам заключения лицензионного договора. Но как же должен выглядеть такой лицензионный договор?

Главным критерием для охраноспособности ноу-хау является сохранение их в тайне.

Следовательно, сведения, представляющие собой ноу-хау, должны быть переданы в рамках соглашения о неразглашении информации, и в отношении них должен быть введен режим коммерческой тайны. Причем в случае введения в отношении информации режима коммерческой тайны она практически всегда получает также статус секрета производства.

Иллюстрацией этого положения может служить определение информации, которая составляет коммерческую тайну, приведенное в Федеральном законе от 29.07.2004 № 98- ФЗ «О коммерческой тайне» (далее — Закон № 98- ФЗ). Определение информации, составляющей коммерческую тайну, приведенное в ст.

3 данного закона, полностью совпадает с определением секрета производства в ст. 1495 ГК РФ. Следовательно, законодатель фактически ставит знак равенства между информацией, в отношении которой введен режим коммерческой тайны, и секретом производства.

Конечно, существует вероятность, что режим коммерческой тайны был введен в отношении информации, которая не представляет собой действительную или потенциальную ценность. Однако в силу экономических причин кажется маловероятным, что рациональный участник гражданского оборота тратил время и средства на защиту сведений, который даже в отдаленном будущем не принесут ему экономической выгоды. Практически каждый договор о предоставлении конфиденциальной информации зачастую содержит описание целей, для которых такая информация может быть использована.

В большинстве случаев данное условие может трактоваться как описание способов использования объекта исключительных прав в смысле пп.

2 п. 6 ст. 1235 ГК РФ. Из приведенного выше анализа российского законодательства следует, что практически любой договор передачи конфиденциальной информации, если такая информация представляет коммерческую ценность и в отношении такой передаваемой информации введен режим коммерческой тайны, может и должен быть рассмотрен как лицензионный договор на предоставление ноу-хау.

Можно ли в лицензионном соглашении запретить лицензиату распространять информацию?В лицензионном соглашении о передаче ноу-хау можно закрепить негативные обязательства лицензиата При передаче конфиденциальной информации и ноу-хау сторонам следует договориться об ограничении целей использования таких объектов, а также установить условия об ограничении отдельных действий со стороны лица, получающего информацию в будущем. Запрет на совершение определенных действий зачастую критикуется в российской доктрине и не получает поддержку судов. Надо сказать, что количество дел о нарушении негативных обязательств в российских судах ничтожно мало.

Практикующие юристы и судьи рекомендуют избегать таких условий или отказываются приводить их в исполнение в связи с тем, что они потенциально могут ограничить правоспособность одной из сторон, привести к отказу от права, который запрещен ст. 9 ГК РФ. Высказываются опасения относительно возможного нарушения подобными условиями антимонопольного законодательства в части признания такого соглашения огранивающим конкуренцию.

Однако подробный анализ законодательных актов показывает, что даже наиболее «жесткие» условия об ограничении и запрете конкуренции в связи с получением одной из сторон ноу-хау являются законными. В силу принципа свободы договора стороны вправе согласовать любые условия даже прямо не предусмотренные ГК РФ.

В силу принципа свободы договора стороны вправе согласовать любые условия даже прямо не предусмотренные ГК РФ. Согласно положениям ст. ст. 10 и 11 Федерального закона от 26.07.2006 № 135- ФЗ «О защите конкуренции» (далее — Закон № 135- ФЗ) его действие не распространяется на соглашения об использовании и (или) отчуждении объектов интеллектуальной собственности. В силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности (ст.

307 ГК РФ). Таким образом, в случае подписания соглашения о предоставлении конфиденциальной информации получающая сторона фактически принимает на себя негативное обязательство по несовершению определенных действий в течение установленного периода времени (постановление ФАС Московского округа от 31.05.2005, 24.05.2005 № КГ-А40/3108-05). При согласовании подобных условий следует указать:

  1. в течение какого периода действует негативное обязательство;
  2. что такое негативное обязательство будет действовать и после расторжения договора и возврата конфиденциальной информации. Это обеспечит определенные гарантии того, что получающая сторона не скопирует документы или данные и начнет их использование для собственной выгоды сразу после возврата информации на материальных носителях.

В связи со сложностью взыскания убытков в российском праве ответственность за нарушение обязательства о запрете конкуренции следует устанавливать в виде твердого штрафа.

В случае если договор возмездный, следует прямо указать, что его цена была согласована сторонами с учетом того обстоятельства, что лицензиат берет на себя дополнительные негативные обязательства воздержаться от определенных действий, например, от конкуренции или участия в сделках с конкурентами раскрывающей стороны. Вопрос о законности условий об ограничении конкуренции становился предметом рассмотрения и в зарубежных правопорядках. Так, в решении японского окружного суда от 23.10.1970 по делу Yugen Kaisha Forseco Japan, Ltd v.

Okuno был разрешен вопрос о действительности условия о запрете конкуренции в соглашении о конфиденциальности. Бывший сотрудник компании просил признать такое соглашение недействительным со ссылкой на тот факт, что оно противоречит публичному порядку и ограничивает его права и законные интересы, лишает его возможности найти иную работу.

Также сотрудник указывал в иске, что само соглашение не имело географических ограничений, а компенсация в период действия ограничения ему не выплачивается. Суд в удовлетворении иска отказал, сославшись на нормы материального права о защите конкуренции и коммерческой тайны.

В частности, суд указал, что такое соглашение способствует охране такого специфического объекта интеллектуальной собственности, как ноу-хау, отметив следующее:

«Сама природа секретов производства требует неограниченной охраны объекта в пространстве, а срок в два года представляется разумным и обоснованным»

. В Германии вопрос о возможности заключения соглашения о неразглашении информации вместе с оговоркой о запрете конкуренции не раз становился предметом судебных споров, в рамках которых бывшие сотрудники просили признать такие соглашения недействительными. Как указал в одном из своих постановлений Верховный суд Германии, бывший сотрудник по общему правилу может использовать полученную законным образом во время своей работы в компании информацию.

Однако при наличии особых обстоятельств это право может быть ограниченно. Под такими особыми обстоятельствами чаще всего понимают соглашение о неразглашении информации с оговоркой о неконкуренции. При этом в каждом деле суд должен взвешивать соотношение права компании на охрану информации и право работника на труд и экономическую мобильность.

Значение может играть тот факт, что сотрудник участвовал в создании ноу-хау или его части. Может ли сотрудник запомнить информацию, которой предоставляется защита, или для ее использования ему необходима дополнительная техническая документация. В Англии ограничение права работника заниматься определенными видами деятельности возможно при условии, что работодатель сможет доказать общественную и экономическую необходимость таких ограничений и обоснованность их размера.

В США в последнее время получила распространение концепция ограничения целей использования конфиденциальной информации («use restriction»). Ограничения использования информации могут быть как прямо выраженными, так и подразумеваемыми. Например, в случае если стороны договариваются о передаче финансовой отчетности для создания совместного предприятия, то последующий выкуп акций одной из сторон может быть истрактован как нарушение соглашения о конфиденциальности.

При этом в самом тексте соглашения запрет на последующий выкуп акций может отсутствовать. Суды считают, что такой запрет подразумевался сторонами.

Логика судов в данном случае заключалась в том, что если бы одну из сторон сделки заранее предупредили, что финансовая отчетность будет использована для выкупа ее акций, то она отказалась бы передавать документы и заключать соглашение о конфиденциальности. Передача ноу-хау и сведений, составляющих коммерческую тайну, может лишать одну из сторон такого соглашения отдельных возможностей, которые возникнут в будущем, то есть накладывать на нее широкий круг негативных обязательств вследствие получения конфиденциальных сведений. Российские суды придерживаются здесь прямо противоположной позиции.

По их мнению, наличие условия о конфиденциальности сведений никак не ограничивает сторону такого соглашения (постановления ФАС Московского округа от 19.08.2013 по делу № А40-51620/12-117-471, от 22.04.2010 по делу № А40-91506/09-150-651, Западно-Сибирского округа от 20.11.2012 по делу № А03-19959/2011, от 19.10.2012 по делу № А45-23387/2011, Поволжского округа от 18.09.2012 по делу № А12-17127/2010). Во всех этих делах суды прямо указывают, что нарушение условия о конфиденциальности не может служить основанием для признания недействительным договора цессии.

В редких случаях суды указывают на возможность введения ограничения права на уступку в случае установления режима коммерческой тайны, но зачастую сторонам таких споров не удается доказать факт передачи конфиденциальной информации (постановления ФАС Московского округа от 27.06.2013 по делу № А40-113576/12-56-1056, Поволжского округа от 16.07.2013 по делу № А12-3245/2010).

Такая позиция судов кажется неверной.

Сам по себе запрет на совершение определенных действий в случае передачи конфиденциальной информации является законным и обоснованным, так как он направлен на защиту такого специфического объекта, как ноу-хау (секрет производства). Любое, даже косвенное нарушение данного запрета, должно трактоваться в пользу истца. Суды оценивают вероятность совпадения технических решений сторон Секрет производства и ноу-хау не редко становятся предметом судебных споров, когда исключительные права на них нарушаются.

Из-за специфики этих объектов в практике нет однозначного ответа на вопрос, что делать правообладателю, если его права на ноу-хау и конфиденциальную информацию были нарушены.

Как соотносятся понятия «секрет производства» и «коммерческая тайна»?Соглашение по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности (TRIPS) от 15.04.1994 (г.

Марракеш); (далее – соглашение ТРИПС) предусматривает необходимость честного и справедливого гражданского процесса при разрешении споров в отношении такого специфического объекта интеллектуальной собственности, как секрет производства (ст. 39, 42 и 43). В частности, в данном соглашении указывается, что при рассмотрении подобных споров суд должен устанавливать повышенные стандарты доказывания отсутствия нарушения на стороне ответчика.

Факт возврата оригиналов документов, содержащих ноу-хау, не может служить безусловным доказательством того, что объект исключительных прав последнего не был использован ответчиком при производстве аналогичных станков (решение Арбитражного суда г.

Москвы от 27.06.2012 по делу № А40-41968/11). Физическим и юридическим лицам предоставляется возможность препятствовать тому, чтобы информация, правомерно находящаяся под их контролем, без их согласия была раскрыта, получена или использована другими лицами способом, противоречащим честной коммерческой практике (п.

2 ст. 39 соглашения ТРИПС). Цитата:

«Для целей настоящего положения выражение “способ, противоречащий честной коммерческой практике” подразумевает как минимум такую практику, как расторжение договора, подрыв доверия или содействие подрыву доверия, и включает приобретение закрытой информации третьими лицами, которым было известно или не было известно в результате грубой небрежности, что приобретение такой информации подразумевает такую практику»

.Следует сразу сказать, что основной проблемой в подобных спорах становится проблема доказывания наличия нарушения. Достаточно часто ответчики по таким спорам заявляют, что документы или информацию они получили независимо и без помощи лицензиара уже после того, как конфиденциальная информация была возвращена. В данном случае наиболее действенным способом защиты права представляется попытка убедить суд оценить вероятность совпадения технических решений или совершения действий и факт получения информации от лицензиата.

Так, если до получения отдельных сведений получившая информацию сторона не обладала определенной технологией, а через незначительное время после возврата конфиденциальной информации стала производить аналогичное оборудование, суд должен оценить вероятность совпадения технических решений сторон.

Рекомендуем прочесть:  Проверить какое дело у подсудимого

О необходимости оценки вероятности при вынесении решения указывают суды и в зарубежных правопорядках. Суд Гамбурга, разбирая вопрос о введении обеспечительных мер в рамках спора о незаконном приобретении ответчиком сведений, составляющих коммерческую тайну, указал следующее: «В данном случае (введения обеспечительных мер – примечание истца) требуется установить не сам факт, а определенную степень вероятности наступления такого нарушения».В российской судебной практике этот подход получил признание в делах о нарушении антимонопольного законодательства (постановления ФАС Восточно-Сибирского округа от 19.07.2010 по делу № А10-134/2009, Западно-Сибирского округа от 24.02.2011 по делу № А45-12712/2010, от 17.02.2011 по делу № А45-11772/2010, Северо-Западного округа от 29.02.2012 по делу № А56-6636/2011).
Суд Гамбурга, разбирая вопрос о введении обеспечительных мер в рамках спора о незаконном приобретении ответчиком сведений, составляющих коммерческую тайну, указал следующее:

«В данном случае (введения обеспечительных мер – примечание истца) требуется установить не сам факт, а определенную степень вероятности наступления такого нарушения»

.В российской судебной практике этот подход получил признание в делах о нарушении антимонопольного законодательства (постановления ФАС Восточно-Сибирского округа от 19.07.2010 по делу № А10-134/2009, Западно-Сибирского округа от 24.02.2011 по делу № А45-12712/2010, от 17.02.2011 по делу № А45-11772/2010, Северо-Западного округа от 29.02.2012 по делу № А56-6636/2011).

Так, в одном из дел суд прямо сослался на низкую вероятность совпадения цен и действий конкурентов при проведении аукциона. Это было подтверждено экспертным заключением о добросовестности поведения участников открытого аукциона с использованием теории вероятности, теории игр, математической статистики.

В резолютивной части постановления суд сделал вывод о том, что такой результат торгов без полной информированности каждого участника о поведении и намерениях всех участников невозможен (постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2013 по делу № А40-94793/12-93-935). Оценка вероятностей была принята и в области рассмотрения споров о возмещении убытков.

В одном из судебных актов Президиум ВАС РФ прямо указал, что при невозможности установления точного размера убытков должен применяться вероятностный подход (постановление от 06.09.2011 по делу № А56-44387/2006).

Частым доводом в рамках таких споров является то, что сведения, составляющие ноу-хау, были предоставлены нарушителю независимым третьим лицом, с которым также было заключено соглашение о неразглашении, или что такое независимое третье лицо начинает самостоятельное производство продукции с использованием ноу-хау. Ответственность третьих лиц и лицензиата за незаконное использование секрета производства на сегодняшний день не встречается в России.

В иностранных правопорядках вопрос был эффективно разрешен довольно давно также на основании вероятностного подхода.

Например, в США по делу Tianrui v. Amsted Апелляционный суд Третьего округа запретил ввоз на территорию США контрафактной продукции, которая была изготовлена независимым третьим лицом, которое, вероятно, получило незаконно секрет производства, принадлежавший истцу. В рамках данного дела компания Amsted из Чикаго предоставила ограниченную лицензию на ноу-хау производственной компании из Китая Datong.
В рамках данного дела компания Amsted из Чикаго предоставила ограниченную лицензию на ноу-хау производственной компании из Китая Datong.

Впоследствии часть сотрудников компании Datong уволилась и создала новую компанию, которая начала производить аналогичное по функциональному назначению оборудование и поставлять его на территорию США. Аналогичная практика существует и в российском праве. Так, получение конфиденциальных сведений от бывших работников или нынешних работников конкурента может быть признана недобросовестной конкуренцией (постановление ФАС Волго-Вятского округа от 30.01.2012 по делу № А43-29652/2010).

За рубежом секреты производства часто защищаются нормами деликтного права Эффективная защита коммерческой тайны и ноу-хау отвечает общественным интересам.

Если такой информации не будет предоставлена надлежащая защита и охрана, в том числе со стороны государства, это может привести к серьезным последствиям для всей экономики, к утрате ее конкурентоспособности.

Не существует прямой корреляции между установлением на законодательном уровне защиты исключительного права на секрет производства и эффективностью такой защиты.

В странах общего права, например Англии и Ирландии, отсутствует законодательное определение такого объекта, как ноу-хау или секрет производства, в отличии, например, от Германии, где принят целый ряд федеральных законов, направленных на защиту таких объектов. При этом в обоих случаях достигается высокий уровень защиты прав участников оборота в этой области. Отнесение секретов производства к объектам интеллектуальной собственности с возможностью получения на него исключительного права в целом является нетипичным для европейских правопорядков.

В Бельгии и Нидерландах защита прав на секрет производства возможна только с помощью норм о деликтах.

В Германии законодательная охрана секретам производства и образцам продукции предоставляется Законом «О защите от недобросовестной конкуренции», в общих положениях гражданского уложения о добросовестности и нормах о деликтах.

В Англии и Ирландии защита прав на секрет производства вытекает из общих норм о представительстве и положений деликтного права, а на Мальте такая защита может быть предоставлена только на основании договора между сторонами. В США секреты производства и конфиденциальная информация также не относятся к объектам исключительных прав.
В США секреты производства и конфиденциальная информация также не относятся к объектам исключительных прав.

На законодательном уровне защита им чаще всего предоставляется в нормах антимонопольного и деликтного права, а также законодательства об агентских отношениях. В Чехии определение секрета производства приведено в Коммерческом кодексе, но, как и в большинстве стран — членов Европейского союза, на секрет производства не могут быть предоставлены исключительные права.

Во Франции специальная защита предоставляется промышленным секретам, в отношении которых есть отдельные положения в Кодексе интеллектуальной собственности. На них, так же как и в России, распространяются общие положения об интеллектуальной собственности.

При этом к промышленным секретам могут быть отнесены далеко не все сведения, в отношении которых введен режим коммерческой тайны.В Италии специальная защита предоставляется торговым секретам Кодексом об индустриальной собственности. К таким сведениям может быть отнесена практически любая коммерческая или техническая информация, которая представляет ценность лишь в случае, если она будет сохранена в тайне.

См. Report on Trade Secrets for the European Commission .Что делать, если нарушены исключительные права на ноу-хау?Для защиты нарушенных прав на секрет производства лучше обращаться в ФАС России Сегодня в российском процессуальном законодательстве и судебной практике существует достаточное количество инструментов, которые могли бы помочь привлечь к ответственности нарушителей исключительных прав на конфиденциальную информацию и ноу-хау. Трудности возникают лишь в области предоставления достаточной эффективной защиты для ноу-хау. Первое, что необходимо сделать в рамках подобных споров, – доказать недобросовестность лица, получившего конфиденциальные сведения.

Это позволит истцу переложить на него бремя доказывания отсутствия нарушения (постановление Суда по интеллектуальным правам от 17.12.2013 по делу № А72-3926/2012). О недобросовестности лиц, участвующих в деле, может свидетельствовать, например, отказ от раскрытия информации.

Цитата: «В соответствии с частью 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.

Следовательно, нежелание представить доказательства должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент. Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения» (постановление Президиума ВАС РФ от 06.03.2012 по делу № А56-1486/2010).Если нарушитель не сможет представить убедительных доказательств самостоятельного получения информации, суд сможет признать факт нарушения. Такая позиция встречается в постановлениях ЕСПЧ по делу

«Финогенов и другие (Finogenov and others) против Российской Федерации»

(жалобы № 18299/03 и 27311/03) и в постановлении Большой Палаты по делу «Варнава и другие против Турции» (Varnava and Others v.

Turkey), жалобы № 16064/90 и так далее, § 184, ECHR 2009.

Право на такой сложный и специфический объект интеллектуальной собственности, как ноу-хау, во много основано на добросовестности действий сторон.

Эта позиция отражена в решениях Верховного суда Канады по делу Cadbury Schweppes v FBI Foods. Некоторые стандарты добросовестности в отношении использования секретов производства вводит и российский законодатель.

Так, информация считается полученной незаконно, если ее получение осуществлялось с умышленным преодолением принятых обладателем информации, составляющей коммерческую тайну, мер по охране конфиденциальности этой информации. Незаконно полученной информацией будет также, если получающее эту информацию лицо знало или имело достаточные основания полагать, что эта информация составляет коммерческую тайну, обладателем которой является другое лицо, и что осуществляющее передачу этой информации лицо не имеет на передачу этой информации законного основания (ст.

4 Закона № 98-ФЗ). То есть законодатель прямо указывает, что нужно учитывать добросовестность лица, получившего сведения, составляющие коммерческую тайну.

Если существовала хотя бы возможность того, что такое лицо знало или должно было знать о незаконности своих действий, к такому субъекту применяются соответствующие меры ответственности. Таким образом, практика российских судов в отношении такого специфического объекта исключительных прав, как секрет производства и соглашений о конфиденциальности, как одного из способов передачи прав на секрет производства окончательно еще не сформировалась.
Таким образом, практика российских судов в отношении такого специфического объекта исключительных прав, как секрет производства и соглашений о конфиденциальности, как одного из способов передачи прав на секрет производства окончательно еще не сформировалась.

Во многих аспектах решения судов прямо противоречат мировым тенденциям в области защиты информации и конфиденциальных сведений.

На сегодняшний день одним из наиболее эффективных способов восстановления нарушенных прав на секрет производства и ноу-хау является обращение в Федеральную антимонопольную службу (ФАС). Дело в том, что административное производство, которое возбуждается по факту обращения, носит менее формальный характер, а ФАС как государственный орган обладает значительными полномочиями по получению от участников разбирательства документов и доказательств.

Так, недобросовестная конкуренция может выражаться в незаконном получении, использовании, разглашении информации, составляющей коммерческую, служебную или иную охраняемую законом тайну, а также в продаже, обмене или ином введении в оборот товаров, если при этом незаконно использовались результаты интеллектуальной деятельности. (п.п. 4 и 5 п. 1 ст. 14 Закона № 135- ФЗ).

Санкции за подобные действия устанавливаются ст. 14.33 КоАП, которая предусматривает ответственность для организаций в виде штрафа в размере от одной сотой до пятнадцати сотых размера суммы выручки правонарушителя от реализации товара (работы, услуги), на рынке которого совершено правонарушение, но не менее 100 000 рублей.

В рамках гражданско-правовых споров случаи привлечения к ответственности лиц, нарушивших исключительные права на секрет производства или ноу-хау, являются крайне редкими. Однако в антимонопольных спорах прослеживается благоприятная тенденция привлечения к ответственности нарушителей (постановления ФАС Волго-Вятского округа от 30.01.2012 по делу № А43-29652/2010, Девятого арбитражного апелляционного суда от 01.04.2013 по делу № А40-68626/12-21-657, ФАС Московского округа от 16.09.2013 по делу № А40-98738/12-21-929).

За недобросовестную конкуренцию к ответственности привлекают общества, которые использовали информацию, полученную от бывших работников конкурента. Так, в одном из дел генеральный директор, являвшийся ранее работником крупного подрядчика, основал новую компанию и направил в адрес контрагентов своего бывшего работодателя предложения о сотрудничестве.

При составлении этих предложений директор учел сведения, которые стали ему известны в рамках своей деятельности на предыдущем месте работы. ФАС, а вслед за ним и арбитражные суды посчитали сам факт направления коммерческого предложения недобросовестной конкуренцией (постановление ФАС Московского округа от 16.09.2013 по делу № А40-98738/12-21-929).

При этом нельзя сказать, что российское материальное и процессуальное право в принципе неспособно обеспечить защиту сведений, составляющих секрет производства. Для этого у судов есть все необходимые инструменты, в том числе возможность перераспределения бремени доказывания и введения специальных презумпций. Со стороны юристов требуется продуманный подход к составлению договоров о предоставлении информации, являющейся секретом производства.Yugen Kaisha Forseco Japan, Ltd v.

Okuno) [Nara] Chisai [District court], 624 HANJI 78.Цитата по Teruo Doi, The intellectual Property Law of Japan 91–92 (citing judgment of Oct. 23, 1970 (Yugen Kaisha Forseco Japan, Ltd v. Okuno) [Nara] Chisai [District court], 624 HANJI 78 (Japan)).Решение Федерального Верховного суда Германии, GRUR 2002, 91.Решение Федерального Верховного суда Германии, GRUR 1963, 367.Решение Федерального Верховного суда Германии, GRUR 1999, 934.

Решение Федерального Верховного суда Германии, GRUR 1960, 294, 295; Решение Федерального Верховного суда Германии GRUR 2003, 453, 454, Решение Федерального Верховного суда Германии, GRUR 2006, 1044, 1045.Nordenfelt v.

Maxim Nordenfelt Guns and Ammunition Co. Ltd [1894] AC 535. Allied Dunbar (Frank Weisinger) Ltd v.

Weisinger [1988] IRLR 60).Martin Marietta Materials, Inc. v. Vulcan Materials Co., C.A.

7102-CS (Del. Ch. May 4, 2012) (Strine, C.).OLG Hamm Urteil vom 31. Januar 2013 · Az. 4 U 200.Постановление оставлено без изменений постановлением ФАС Московского округа от 23.07.2013 и определением ВАС РФ от 08.11.2013 по тому же делу.Amsted Industries Incorporated v. Tianrui Group Foundry Company, Ltd.

et al.См. Cadbury Schweppes Inc. v. FBI Foods, [1999] SCR 142 (28 January 1999).

Договор о неразглашении информации

Вы здесь Опубликовано 2012-03-21 16:49 пользователем Valeratal В современных условиях развития рыночной экономики и усиления конкурентной борьбы, все большего проникновения гласных и негласных средств и систем сбора, обработки и накопления информации в сферу частной жизни, хозяйствования и в публично-властный сектор особую актуальность приобретают договоры о неразглашении информации .

Рекомендуем прочесть:  Социальная выплата на похороны

Такие договоры являются относительно новым явлением в правовой системе России и еще не получили надлежащей проработки. Однако договоры о неразглашении информации давно известны и широко применяются в мировой правовой практике.

Другим названием договора о неразглашении информации является договор о конфиденциальности — оба названия на равных будут применяться в этой статье. По договору о конфиденциальности одна сторона (конфиденциал) обязуется обеспечить и выполнять режим ограниченного доступа к информации, полученной от другой стороны (конфидента) или доступ к которой предоставлен такой второй стороной.

Согласно Федеральному закону «Об информации, информатизации и защите информации» режим доступа к информации — это предусмотренный правовыми нормами порядок получения, использования, распространения и хранения информации.

——————————— Федеральный закон от 20.02.1995 N 24-ФЗ «Об информации, информатизации и защите информации» [Электронный ресурс]: [принят ГД ФС РФ 25.01.1995: текст в ред.

от 10.01.2003] // КонсультантПлюс — справочная правовая система. Версия 3000.02.12. М.: ЗАО «КонсультантПлюс», 1992 — 2007.

(Утратил силу 08.08.2006 в связи с изданием Федерального закона от 27.07.2006 N 149-ФЗ.) Существуют различные подвиды договора о конфиденциальности, которые выделяются в основном по виду информации, что является объектом договора (коммерческая, банковская, профессиональная тайна и т. п.). Однако во всем разнообразии договоров о конфиденциальности их характеризует главный признак — эти договоры являются юридической формой договоренности сторон об обеспечении режима ограниченного доступа к конфиденциальной информации. Договоры о конфиденциальности имеют гражданско-правовую природу, поскольку их объектом является информация, которая в соответствии с ГК РФ является объектом именно гражданских прав, хотя такие договоры могут заключаться и в таких сферах, где превалирующим является регулирование другой отрасли права, например в сфере трудовых отношений, но в данном случае содержание прав и обязанностей сводится к таким действиям, которые не являются органически связанными с трудовой функцией работника.

——————————— Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 N 51-ФЗ [Электронный ресурс]: [принят ГД ФС РФ 21.10.1994: текст в ред. от 27.07.2006] // КонсультантПлюс — справочная правовая система.

Версия 3000.02.12. М.: ЗАО «КонсультантПлюс». Имея гражданско-правовую природу, договор о конфиденциальности, однако, не имеет своего отдельного специального законодательного регулирования.

Законным основанием его заключения являются общие положения ГК РФ: стороны имеют право заключить договор, который не предусмотрен актами гражданского законодательства, но соответствует общим принципам гражданского законодательства.

Договор о конфиденциальности имеет ряд оригинальных свойств, которые являются достаточными для выделения его в отдельный договорной институт: предмет, объект и содержание договора о конфиденциальности.

Существование этих особенностей не позволяет «подвести» договор о конфиденциальности под уже известные законодательству договорные конструкции. В связи с этим можно утверждать, что такой договор является отдельным договорным институтом, который хотя и не предусмотрен актами гражданского законодательства, однако является правомерным и соответствует общим принципам гражданского законодательства. Чаще всего договоры о конфиденциальности заключаются в сопровождение другим договорным отношениям сторон.

Вместе с тем такой договор могут заключить и лица, не состоящие между собой в любых других договорных отношениях, но между которыми по тем или иным причинам возникла необходимость в соблюдении режима ограниченного доступа к определенной информации. Сочетание элементов одного договора с элементами договора о конфиденциальности предопределяет возникновение смешанного договора. Одновременное заключение сторонами того или иного договора с договором о конфиденциальности и даже изложение их в одном документе не лишают договора о конфиденциальности самостоятельного значения.

От этого он никогда не приобретает акцессорного характера. Автономность этого договора можно сравнить с автономностью арбитражного соглашения в международном частном праве.

Договор о конфиденциальности может быть отдельным регулятором отношений контрагентов по соблюдению режима ограниченного доступа к конфиденциальной информации в договорах, для которых законодательством предусмотрено обязательство одного контрагента сообщать сведения другому, например: в договорах простого товарищества — каждый участник имеет право знакомиться со всеми документами по ведению общих дел участников, и отказ от этого права или его ограничение, в том числе и по согласованию участников, является ничтожным, и т.

д. В отдельных видах договорных отношений закон прямо устанавливает обязанность неразглашения полученной от контрагента или полученной в связи с выполнением договора информации. Так, например, по договору подряда на проведение проектных и изыскательских работ заказчик обязан, если иное не установлено самим договором, использовать проектно-сметную документацию, полученную от подрядчика, только для целей, установленных договором, не передавать проектно-сметную документацию другим лицам и не разглашать данные, содержащиеся в ней, без согласия подрядчика. На подрядчике лежит встречное обязательство по соблюдению конфиденциальности — не передавать без согласия заказчика проектно-сметную документацию другим лицам.

Договор о конфиденциальности является консенсуальным и чаще всего бесплатным, однако такой договор может быть платным.

По общему правилу договор о конфиденциальности является односторонним, в котором на стороне конфидента есть лишь право требовать обеспечения режима ограниченного доступа к определенной информации, а на стороне конфиденциала — обязательство такой режим обеспечить и выполнять.

Конфидент может совпадать в одном лице с франчайзером информации. Однако возможны ситуации, когда конфидент вступает в договор конфиденциальности как управомоченная сторона от имени и/или в интересах собственника информации. Для договорных отношений этого вида характерно проявление особого доверия одной стороны другой.

Это превращает обязательства в обязательства, в которых личность должника и лицо кредитора имеют важное значение для каждой из сторон со всеми правовыми последствиями.

В частности, невозможным является возложение конфиденциалом выполнения договора о конфиденциальности на третье лицо. К существенным условиям договора о конфиденциальности относятся: а) определение (индивидуализация) объекта договора, то есть собственно информации; б) определение прав и обязанностей сторон по конкретным условиям режима ограниченного доступа к информации; в) определение срока, в течение которого конфиденциал обязан обеспечивать и выполнять режим конфиденциальности информации. Договор о конфиденциальности не может заключаться также в отношении секретной информации (государственной тайны), поскольку правовой режим последней определяется законодательством императивным методом и частноправовому регулированию договорами отдельных лиц не подлежит.

Важно отметить, что предоставление информации или предоставление доступа к информации, которая является объектом договора о конфиденциальности, не входит в его содержание и не составляет обязательства конфидента именно по этому договору.

Договор о конфиденциальности регулирует только обеспечение режима ограниченного доступа к информации. Срок договора конфиденциальности стороны определяют по своему усмотрению, но он не может быть длиннее, чем общий срок, на который правообладателем информации установлен режим ограниченного доступа к информации.

Потеря информацией признаков конфиденциальности (например, вследствие ее разглашения или преобразования на общеизвестную) прекращает обязательство конфиденциала в связи с невозможностью их исполнения.

Специальных способов защиты гражданских прав вследствие нарушения договора о конфиденциальности законодательство РФ не предусматривает. Вместе с тем необходимо отметить, что наибольшую проблему в процессе защиты нарушенных прав стороны в договоре о конфиденциальности составляет сложность обеспечения надлежащей доказательной базы.

Следовательно, можно прийти к выводу, что в России существуют достаточные нормативно-правовые предпосылки для активного использования на практике договоров о неразглашении информации . Гибкая модель, функциональность и универсальность договоров о конфиденциальности позволяют широко применять их в самых разнообразных сферах общественной жизни. Приложение Договор о конфиденциальности и неразглашении информации г.

___________________ «__» ______________________ 20__ г. ___________________________________________________________________________ (наименование стороны) именуемая в дальнейшем «Раскрывающая сторона», в лице _____________________ __________________________________________________________________________, (должность, фамилия, имя, отчество) действующего на основании ________________________________________________, с одной стороны, и _______________________________________________________, (наименование стороны) именуемая в дальнейшем «Получающая сторона», в лице _______________________ __________________________________________________________________________, (должность, фамилия, имя, отчество) действующего на основании ________________________________________________, с другой стороны, заключили настоящий договор о нижеследующем: 1.

Раскрывающая сторона передает Получающей стороне определенную информацию, которая считается конфиденциальной или секретом Раскрывающей стороны, а именно касающуюся _____________________________________________. (ноу-хау, изобретения, промышленные образцы и др. объекты интеллектуальной собственности) Получающая сторона получает эту информацию для ________________________ __________________________________________________________________________.

цели приобретения информации Передача информации обусловлена сотрудничеством сторон и ______________ ___________________________________________________________________________ ___________________________________________________________________________ __________________________________________________________________________. 2. Стороны подтверждают понимание важности вопроса и соглашаются принять на себя следующие обязательства: 2.1.

В течение _____ лет с даты заключения настоящего Договора Получающая сторона не будет разглашать никакой информации, полученной ею от Раскрывающей стороны, являющейся ее секретом или конфиденциальной, какому-либо лицу, предприятию, организации, фирме и не будет использовать эту информацию для своей собственной выгоды, за исключением цели, названной выше в явном виде. 2.2. Получающая сторона будет соблюдать столь же высокую степень секретности во избежание разглашения или использования этой информации, какую Получающая сторона соблюдала бы в разумной степени в отношении своей собственной конфиденциальной или являющейся секретом компании информации такой же степени важности. 3.1. Любая информация, передача которой оформлена в письменном виде и отнесена обеими сторонами к настоящему Договору, считается конфиденциальной или секретом компании (Протокол о передаче информации, Приложение N 1).

3.2. Информация не будет считаться конфиденциальной или секретом компании и Получающая сторона не будет иметь никаких обязательств в отношении данной информации, если она удовлетворяет одному из следующих условий: 1) уже известна Получающей стороне; 2) является или становится публично известной в результате неправильного, небрежного или ненамеренного действия Раскрывающей стороны; 3) легально получена от третьей стороны без ограничения и без нарушения настоящего Договора; 4) предоставлена третьей стороне Раскрывающей стороной без аналогичного ограничения на права третьей стороны; 5) независимо разработана Получающей стороной при условии, что лицо или лица, разработавшие ее, не имели доступа к конфиденциальной или являющейся секретом компании информации; 6) разрешена огласке письменным разрешением Раскрывающей стороны; 7) раскрыта правительству по требованию правительственного органа, и Получающая сторона прилагает максимальные усилия, чтобы добиться обращения с этой информацией как с конфиденциальной или являющейся секретом компании, либо если раскрытия требует закон.

4.1. Получающая сторона будет ответственна за следующие действия: 1) неумышленное разглашение или использование конфиденциальной информации, если Получающая сторона не соблюдает столь же высокой степени осторожности, какую бы она соблюдала в разумных пределах в отношении своей собственной конфиденциальной или являющейся секретом компании информации аналогичной важности, и после обнаружения неумышленного разглашения или использования этой информации Получающая сторона не пытается прекратить неумышленное разглашение или использование конфиденциальной информации; 2) несанкционированное разглашение или использование конфиденциальной или являющейся секретом компании информации лицами, которые работают или работали на Получающую сторону по найму, если ей не удается охранять эту информацию со столь же высокой степенью осторожности, какую бы она соблюдала в разумных пределах в отношении своей конфиденциальной или являющейся секретом компании информации аналогичной важности.

4.2. Получающая сторона назначает указанное ниже лицо своим ответственным за секретность всей конфиденциальной или являющейся секретом компании информации согласно Договору. Получающая сторона может сменить своего ответственного за секретность путем письменного уведомления Раскрывающей стороны от имени и адреса ее вновь назначенного ответственного за секретность всей конфиденциальной или являющейся секретом компании информации в срок после назначения. 4.3. Вся информация, выдаваемая Раскрывающей стороной Получающей стороне в какой-либо форме согласно настоящему Договору, будет и останется исключительной собственностью Раскрывающей стороны, и данные и любые их копии должны немедленно возвращаться Раскрывающей стороне по письменному требованию или уничтожаться по усмотрению Раскрывающей стороны.

5.1. Ни одна из сторон не будет разглашать факт существования настоящего Договора без предварительного согласия другой стороны. 5.2. Договор не может быть поручен или передан Получающей стороной в силу закона или смены руководства. Любая попытка Получающей стороны поручить договор без предварительного письменного соглашения Раскрывающей стороны будет недействительной.

Если третья сторона возбудит иск или другое юридическое действие на предмет раскрытия какой-либо конфиденциальной информации, Получающая сторона немедленно уведомит Раскрывающую сторону и обеспечит ей в разумных пределах такую помощь, какую Раскрывающая сторона потребует для предотвращения разглашения. Настоящий Договор подлежит юрисдикции и толкованию в соответствии с законами ________________________________________________________________. 6.1. Выигравшая сторона в любом иске или судебном разбирательстве между сторонами, вытекающем из настоящего Договора или связанном с ним, будет иметь право на возмещение в разумных пределах гонораров ее адвокатов и издержек, понесенных в связи с любым таким иском или судебным разбирательством.

6.2. В случае установления вины Получающей стороны в разглашении конфиденциальной или являющейся секретом компании информации Раскрывающая сторона по своему усмотрению имеет право возместить убытки, понесенные в связи с разглашением или использованием этой информации, либо получить от Получающей стороны штраф в размере, оговоренном письменным соглашением при передаче информации. 7.1. Все устные оговорки по настоящему Договору не имеют силы. Договор может быть видоизменен или дополнен только в письменной форме, подписанной обеими сторонами.

7.2. Стороны согласились, что споры между ними будут решаться в _______ __________________________________________________________________________. 7.3. Подписанный текст вводит настоящий Договор в силу с «__» _________ _______________________________ 20__ г. по «__» ___________________ 20__ г.

7.4. Ответственный за секретность _____________________________________ __________________________________________________________________________. Раскрывающая сторона: _________________________________________________ __________________________________________________________________________. Получающая сторона: ___________________________________________________ __________________________________________________________________________.

В случае изменения юридического адреса, расчетного счета или обслуживающего банка стороны обязаны в _____________ срок уведомить об этом друг друга.

Обсуждения
Ответственность учащихся за ненормативную лексику

Нецензурная брань в школе какая ответственность Содержание...

Комментариев  0
Заявление инвалида об отказе от ипр образец

Заявление об отказе работника, являющегося инвалидом, от...

Комментариев  0
Сколько стоит поставить машину на учет в гаи 2021 березники

Оглавление:Постановка на учёт автомобиля в ГАИ в Березнике в 2021...

Комментариев  0

Консультация юриста

Информация

top